- Как вы оцениваете факт награждения лидеров Азербайджана и Армении в Абу-Даби премией Заида?

- Награждение лидеров Армении и Азербайджана премией Заида в Абу-Даби можно рассматривать как многогранное явление. Прежде всего бросается в глаза его выраженный символизм. Важно помнить, что и Ильхам Алиев, и Никол Пашинян возглавляли свои страны в период 44-дневной войны, то есть фактически противостояли друг другу в реальном, кровопролитном вооружённом конфликте. Однако после завершения войны они нашли в себе политическую волю повести свои государства в сторону мира.

Мир, который формируется после столь ожесточённого противостояния, имеет особую природу: он неизбежно несёт в себе элемент ответственности и обязательств. Отсюда вытекает вторая грань этой награды — она в определённой степени обязывает её лауреатов оставаться символами мирного курса, постоянно напоминать миру о том, что даже самая жёсткая вражда может завершиться мирным процессом. Пока речь идёт скорее о мире как факте, а не о «хорошем» или устойчивом мире, однако я убеждён, что и до этого этапа можно дойти.

В этом смысле награждение Ильхама Алиева и Никола Пашиняна премией Заида можно рассматривать как международное признание завершения одного из самых длительных, кровопролитных и разрушительных конфликтов на постсоветском пространстве — армяно-азербайджанского конфликта.

- Парламентские выборы в Армении официально назначены на 7 июня. Как вы оцениваете шансы различных политических сил страны на победу?

- Если исходить из текущего временного среза и оценивать ситуацию на сегодняшний день, то в случае проведения выборов «завтра» Никол Пашинян получил бы безоговорочное, в том числе конституционное, большинство. На данный момент в этом практически нет сомнений. Пашинян сохраняет высокую популярность среди граждан Армении и своего электората, и эта поддержка подтверждается на постоянной основе.
К сожалению, медиасистема армянских властей пока недостаточно эффективно транслирует свои достижения на международную аудиторию. Однако эти достижения существуют, они очевидны и ощутимы. Граждане Армении чувствуют изменения в повседневной жизни, и они затрагивают практически все сферы жизнедеятельности общества.

На противоположном полюсе находится оппозиция, которая с каждым днём всё больше себя дискредитирует. Регулярно всплывают факты и обстоятельства, подрывающие и без того слабую репутацию оппозиционных сил. По сути, сегодня оппозиция фактически персонифицирована одним человеком — Робертом Кочаряном. Остальные структуры и фигуры в той или иной степени выступают его политическими сателлитами. Карабахский клан ассоциируется именно с Робертом Кочаряном, а в общественном сознании это — война, грабёж, насилие и тяжёлое наследие прошлого. В Армении хорошо понимают, что представляет собой этот политический период.

Существует серьёзное сомнение в том, что граждане Армении, избавившись от карабахского клана в 2018 году, готовы вновь допустить его возвращение к власти. Поэтому, если текущие тенденции сохранятся — если Никол Пашинян продолжит конструктивный политический курс, включая мирную повестку, которая, к слову, также пользуется поддержкой общества, — а оппозиция будет действовать в прежнем деструктивном ключе, то к дате выборов принципиально ничего не изменится. Более того, расстановка сил может ещё больше укрепиться в пользу Пашиняна.

Таким образом, если отбросить медиашум, формируемый структурами, связанными с Робертом Кочаряном, и посмотреть на ситуацию трезво, в её реальном измерении, Никол Пашинян уверенно выигрывает эти выборы.

- Что даст конкретно Армении реализация проекта «Маршрут Трампа»?

- Проект «Маршрут Трампа» может стать для Армении по-настоящему уникальным явлением, способным существенно укрепить её позиции сразу по нескольким направлениям.

Во-первых, речь идёт о факторе безопасности. Несмотря на то что сам маршрут ассоциируется с именем президента США Дональда Трампа, создаваемая инфраструктура будет иметь континентальное значение. Она формирует устойчивую коммуникацию между Востоком и Западом Евразии. Если посмотреть на карту, становится очевидно, что этот сравнительно небольшой участок, проходящий по территории Азербайджана, затем Армении и вновь Азербайджана, фактически может оказаться единственным надёжным сухопутным коридором, связывающим Европу и Дальний Восток. Северное направление проходит через Россию, которая в обозримой перспективе вряд ли будет рассматриваться как стабильный транзитный маршрут, южное — через Иран, где также сохраняются серьёзные логистические и политические ограничения. В результате остаётся узкий, но стратегически важный коридор на Южном Кавказе. Сам факт его прохождения через Армению будет придавать стране значительный политический вес — разумеется, в тесной связке и с Азербайджаном.
Во-вторых, экономический эффект. Сегодня трудно дать точные или даже приблизительные оценки, поскольку Армения ранее не участвовала в масштабных транзитных проектах подобного уровня, и для страны это качественно новая роль. Тем не менее очевидно, что включение в крупные транспортно-логистические цепочки может иметь исключительно положительное значение и со временем заметно сказаться на экономическом развитии и благосостоянии Республики Армения.

Наконец, третий аспект — символический. Этот маршрут может стать своеобразным мостом, «дорогой мира» и «дорогой сотрудничества», само существование которой будет демонстрировать миру простую, но фундаментальную истину: быть добрыми соседями и партнёрами гораздо выгоднее и перспективнее, чем оставаться в состоянии вражды.

- Что вы можете сказать по поводу вынесенных в Баку приговорах лидерам карабахской хунты?

- Моё отношение к карабахскому клану всегда было однозначным и за эти годы не менялось. Ещё до 2023 года, когда эта хунта сохраняла власть в Карабахе и когда азербайджанские СМИ дипломатично называли их «сепаратистами», я открыто говорил о них как о бандитах и террористах. Я видел своими глазами, причём не по документам или чьим-то рассказам, а непосредственно, что они делали, на что были способны и в какую ловушку загоняли собственное карабахское армянское население. Я видел, какую политику они проводили, что пропагандировали и какими методами расправлялись с людьми.

Эти события напрямую связаны и с моей личной судьбой, поэтому мои оценки — это, по сути, оценки из первых рук. Мне не нужно обращаться к архивам или отчётам, чтобы понимать, кем на самом деле являются Бако Саакян, Аркадий Гукасян или Араик Арутюнян. Именно поэтому я считаю, что вынесенные им приговоры являются заслуженным наказанием. Люди, совершавшие подобные преступления, должны неизбежно нести за них ответственность — всегда и в любой юрисдикции.

Парадокс заключается в том, что если бы по каким-то причинам эти фигуры оказались в Ереване, то они, скорее всего, не только не понесли бы наказания, но и вполне могли бы возглавлять предвыборные списки, публично заявляя претензии на власть в Армении. Более того, их политические соратники и единомышленники сегодня находятся именно в Ереване и пытаются различными способами, в том числе выходящими за рамки конституционного поля, добиться смены власти и смещения Никола Пашиняна.

Если бы не действия Баку, эти люди также оказались бы в армянском политическом пространстве, что лишь умножило бы внутренние проблемы страны. Поэтому в данном случае я считаю возможным говорить о справедливом возмездии: наказание настигло людей, которые, по моему глубокому убеждению, являются закоренелыми преступниками и несут ответственность за тяжёлые преступления против человечности.

Vzglyad.az

Читайте актуальные новости и аналитические статьи в Telegram-канале «Vzglyad.az» https://t.me/Vzqlyad

Тэги: